В нашем городе одной из самых главных достопримечательностей является Варваровский мост. Вот уже более пятидесяти лет он изо дня в день встречает рассвет и провожает закат. Чем же он живет, о чем думает и как себя чувствует? Именно об этом стоит спросить у него самого.
От бабушки Переправы до Большого Моста
– Добрый день, многоуважаемый Варваровский мост! Не будете ли Вы так любезны поговорить со мной?
(Мост откашлялся, потом несколько секунд помолчал и все-таки заговорил со мной.)
– Ох, как давно со мной никто не заводил разговор… И вообще мало кто интересуется моей жизнью в последнее время. Я многое пережил. Но, так как вы со мной общаетесь, что довольно странно для меня, я все же вам расскажу свою историю. Так вот… Начну с самого начала. Корни мои достигают далекого 1827 года, именно тогда была построена моя бабулька Паромная Переправа через Южный Буг. Она переправляла всех и все из города Николаева в Малую Корениху. Ее миссию на тот момент ценили все, ведь такого быстрого способа добраться на противоположный берег Южного Буга не существовало. Позже, в 1856 году люди создали меня. Я тогда был деревянным, состоял из наплавных бревен и соединял город N. с Варваровкой, то есть уже на этом самом месте, на котором стою и сейчас. В таком виде я просуществовал более 85 лет, а когда шла война меня уничтожили. Теперь в воспоминаниях о мне тогдашнем меня зовут Старый Варваровский мост. Вот так закончилась моя первая жизнь.
(Мост долго молчал и о чем-то думал. Все его сваи как будто напряглись. Я, в силу уважения к нему, не пыталась нарушить его раздумий. И вдруг он продолжил…)
– В послевоенное время всем было очень тяжко. Это я узнал от моих новых строителей. Да, несмотря на все тогдашние трудности, меня восстановили. Но моим минусом являлось то, что в прошлой жизни я выдерживал груз до 9-ти тонн, а в этой – максимум 5. На тот момент я имел одностороннее движение. Но преимуществом было то, что уже тогда я был разводным мостом. Я был очень благодарен тем работникам, которые дали мне вторую жизнь.
Но… почти каждую зиму меня ломал Суровый Лед, с которым я никак не мог договориться. Я постоянно, как только он сковывал Южный Буг, пытался с ним наладить разговор, но он далеко не всегда шел мне на встречу и чаще всего разламывал меня на жалкие щепки. Но весной приходили люди и восстанавливали меня, и я опять имел честь служить николаевцам и выдерживать на своей спине множество прохожих и проезжающих.
(Варваровский мост снова ушел в себя. Его длительное молчание уже не оставляло мне надежд на продолжение разговора. Но спустя несколько минут он начал рассказывать дальше.)
– Начало следующей (теперешней) моей жизни началось в 1958 году. Меня строили целых 6 лет. От моих создателей узнал, что я стал экспериментом для моего отца Льва Корнелли, который разработал новейшие технологии для моего создания. Эксперимент удался, и по окончании моего возрождения я зажил полноценной жизнью. Кстати, на тот момент я был самым длинным мостом в СРСР, вместе с насыпной частью моя длина достигает двухсот тысяч сантиметров. Мое открытие стало самой настоящей сенсацией. Собралось много людей, в мою честь был устроен большой праздник. Мной восхищались, мной гордились, мне удивлялись. Вот это было время!
(Мост задумался…)
– И вот мне уже 51 год. Ко мне все давно привыкли, мало кто даже обращает на меня внимание, воспринимая как что-то обыкновенное. Я служу вам, людям, а вы забываете обо мне. Но ведь я же не стальной! Мне тоже полагается асфальто-железобетонное лечение! Да, согласен, двадцать четыре года назад меня лечили – меняли мне металлоконструкции разводной части, а также производили замену асфальтобетонного покрытия.
Потом, целых четыре года лечили мне спину. С 2001 по 2004 год катались по мне круглые асфальтоукладчики, залатывали мои раны. Только это давно было. Со временем ямки опять появились. Я заболел. Но до этого никому нет никакого дела. В 2008 году я сам слышал заключение доктора, который меня обследовал. Он твердо заявил о том, что меня нужно лечить. Но я до сих пор не получил никакого лечения и продолжаю болеть.
Под мостом и на мосту
Обо мне вспоминают только лишь тогда, когда необходимо чтобы я пропустил то или иное большое плавательное средство, движущееся по Южному Бугу. И то, даже в такие моменты меня никто не спрашивает и не просит разрешения разводить меня. Просто приходят работяги, постучат по моим стареньким косточкам, разбудят меня и сделают вид, что это они мной командуют. Но я не гордый совсем… Я люблю людей и всегда им иду на встречу. Вот тогда я и раздвигаюсь, пропуская гордое надводное существо, которое в силу своей восхитительности не соизволит прогнуться, проходя подо мной.
– Да, я Вас понимаю, но в такие моменты в минуты разводки Варваровского моста сбегается много желающих созерцать удивительное зрелище. Разве Вам это не приятно? Все внимание приковано именно к Вам!
– Эх… если бы только ко мне… в основном я делю минуты своей славы с проходящим чудоплавающим средством. Основное удовольствие получаю от отдыха. В такие редкие моменты по моей спине никто не ездит и это составляет самую приятность подобных мгновений! А, да, если уж быть до конца честным (если я уж разоткровенничался с Вами), то и тут находятся некоторые умельцы, портящие все удовольствие. Как Вы думаете, приятно ли в момент самого большого расслабления слышать подобные высказывания в свой адрес со стоящих в аккуратные ряды машин: «треклятый мост, дернуло его развестись именно сейчас», «будь ты проклят, не мог подождать еще две минуты». В такие моменты я собственно не понимаю, чего машины такие злые, ведь они так красиво выстраиваются в длинные колоны, это же, наверное, тоже замечательное зрелище.
– Да, я, конечно же, понимаю Ваше возмущение по этому поводу. Но хочу спросить Вас о следующем. Вы являетесь единственным мостом в Украине, который свою разводную часть поворачивает горизонтально на 90 градусов. Кроме того, Вы – первый мост в СРСР, который был построен по новейшей технологии. Вы гордитесь своей уникальностью?
– О да, раньше я гордился этим. Даже слышал от проезжающих по мне машин, что при строительстве моста Метро в Киеве учитывали опыт создания меня, а еще доходили слухи, что через реку Волгу построили мост по моему подобию. Но потом как-то вся гордость прошла. Мной начали меньше интересоваться, в восторг от меня больше никто не приходил, я Вам даже больше скажу – на меня перестали обращать внимание и за мной уже давно никто не ухаживает.
Вот, к примеру, несколько лет назад я слышал разговор между приезжим человеком в наш город и парнем, который раз в месяц проходится по мне, делая вид, что обследует, постучит монтировкой по моей спине, сделав мне массаж, и уходит себе. Так вот, «нашим» даже и в голову не придет задать такой вопрос. Иногородний человек спросил: «а почему вы его не покрасите?», а тот, который «мой массажист» ответил: «А зачем ему это? Разводится, так и разводится, что еще нужно. Он у нас и так норм». Я вот все понял, но до сих пор не могу понять значения слова «норм». Я же все слова знаю от моих собственных строителей, а лексику пополняю от машин, которые проезжают по мне. Может, Вы подскажите, что это за коварное словцо такое?
– Да, конечно, подскажу. Норм – это сокращенно от слова нормальный.
– Да уж… теперь я понимаю, значит, моя ржавчина уже давно перестала кого-либо волновать. А знали бы Вы, какой я был в молодости! Весь новый, без единой царапины, о ржавчине я слышал только от затонувших железяках, которые и в подметки мне не годились. А сейчас… И ржавчина нападает на меня, и спина побаливает частенько, и сваи крутят на погоду. Эх… Ну хотя, кстати, я могу похвастаться тем, что недавно мои перила покрасили в сине-желтый цвет, на некоторых из них даже нарисовали сине-желтые сердечки и герб Украины. От людей, которые занимались моей покраской, я узнал, что это они так высказывают свой патриотизм. Таким образом они также заявили о том, что я – украинец. А еще от них я научился тому, что я стал «Отпугивателем Путина», но это скорей всего они так говорили в шутку.
– А Вы сами не против стоять в таком виде, ведь сейчас довольно непростая ситуация в стране?
– Слышал я много об этом. Сейчас все машины только и разговаривают о войне. Я в курсе. Вы намекаете на опасность, в которой я могу оказаться в случае чего? А я ничего не боюсь. Я столько уже повидал на своем веку… Я прожил несколько жизней и до сих пор жив.
Главная артерия города «N»
– Как я вам сочувствую. А какая миссия у Вас, многоуважаемый Варваровский Мост?
– Да, есть у меня одна большая миссия. Но помимо основной, за все свои годы я научился нести еще некоторые дополнительные.
– Будете ли Вы так любезны рассказать о них?
– Вам расскажу. Но только у меня есть условие.
– Я готова на все. Говорите свои условия и быстрее рассказывайте о миссии.
– Условие одно – я Вам расскажу о своих заданиях перед людьми, а Вы расскажите о моей болезни людям. Может благодаря этому на меня обратят внимание и хоть капельку подлечат. Идет?
– Да, конечно, договорились.
– Ну тогда слушайте. Первая и самая главная моя миссия в том, что я соединяю Варваровку и улицу Большую Морскую города «N», делая их едиными. Кроме того, я обеспечиваю безопасный переезд над Южным Бугом машинам. Эта моя миссия очень серьезная и ответственная. Исполняя ее, я должен каждую секунду заботиться об ее безупречном исполнении и ни на миг не терять бдительность.
Вторая моя миссия – это создание романтической обстановки для пар, которые прогуливаясь по мне, обязательно возьмутся за ручки и пообнимаются. Во многих сердцах зарождается теплое чувство влюбленности именно на моих тротуарах. А сколько первых поцелуев я увидел за свои годы, а сколько услышал признаний в любви! Эта моя миссия придает мне романтики и душевного тепла.
Следующая миссия касается истинных любителей фотообъективов и настоящих ценителей качественной панорамы. Я обеспечиваю красивые фотографии с моим изображением, а особенно ночью, когда мои фонари загадочно отображаются в воде Южного Буга.
Вместе с Южным Бугом мы создаем тандем и являемся местом для мечтаний. Не только николаевцы, но и многие гости города приходят погулять по мне и, конечно же, помечтать. Особенно часто люди гуляют наедине со своими мечтами на закате, когда Южный Буг становится сказочным, отображая в своей воде разноцветное небо в теплых тонах, и создает необычную музыку всплесков воды. В такие минуты я несу миссию охраны человеческой мечты. Мне необходимо сохранять соответственную атмосферу и ни в коем случае не допускать ее нарушения, ведь мечты могут улететь и человек останется один на один с рутиной.
Самая азартная моя миссия – это рыбалка. Много рыбаков приходит ко мне порыбачить. Я никому не отказываю ни в какую погоду. И хотя Южный Буг часто бывает беспощаден к рыбакам своим коварным антирыбацким течением, я же всегда стараюсь, чтобы им было максимально комфортно заниматься своим хобби. Да и самому мне интересно наблюдать за рыбалкой. Это поднимает мне настроение, отвлекает от проблем и придает духу.
Вот такая у меня жизнь. Забочусь обо всех, в любое время года и суток. Каждую секунду для каждого человека и для каждой машины я готов исполнить ту или иную свою миссию, а иногда и несколько из них одновременно.
– Восхитительно! А не много ли для одного моста? Не сложно ли выполнять столько миссий? Не отображается ли это на Вашем здоровье?
– Да, мне тяжело без лечения, но по-другому я не могу. Я все делаю для вас – людей!
– Согласна, Вы очень стараетесь. Варваровский мост, я бесконечно благодарна Вам за столь увлекательный разговор. Спасибо Вам за то, что Вы делаете для нас.
– И Вам спасибо, что поинтересовались моей жизнью. Ну а сейчас мне нужно возвращаться к своим делам. Вот уже ко мне подходит влюбленная парочка, которая ищет романтики. Сейчас буду создавать ее для них. Прощайте.
