12-летний мальчик из Тернопольской области стал лауреатом Всеукраинского конкурса «Чудо-ребенок» и победил в номинации «Самый творческий ребенок Украины».
…Бойко разговаривая, присутствующие рассматривали картину. Художники из Тернополя пытались определить автора этой работы. Кто-то из них называл имена своих коллег, другие говорили, что это полотно известного львовского мастера, еще одни утверждали, что это – стиль известного в Закарпатье художника…
А снаружи через стеклянные двери картинной галереи Национального союза художников, где разговаривали между собой художники, за этим наблюдал маленький мальчик. Его держала за руку мать. Женщина полчаса назад отнесла в эту уважаемую организацию работу своего сына Павлика и вернулась к мальчику в ожидании выводов авторитетных мастеров кисти.
ТОТ, КТО РИСУЕТ НЕ ПО-ДЕТСКИ
Эту историю, о том, как художники определяли автора предложенной для осмотра картины, рассказал мне Николай Дмитрух. Он – признанный в Украине и за рубежом мастер дружеских шаржей и живописных полотен.
Вместе приехали к его воспитаннику – 12-летнему ученику Тернопольской художественной школы Павлу Шачко из пригородного села Гаи Шевченковские, что на Тернопольщине.
Заходим во двор добротного двухэтажного дома. Рядом – сад, всюду чувствуется рука хозяина – Петра. Поднимаемся на второй этаж усадьбы вместе с ним и его женой Натальей – родителями талантливого мальчика, который несколько лет подряд удивляет страну своими «взрослыми» работами, борется все награды творческих конкурсов.
Общаемся с мамой Павла в комнате, где все свидетельствует об увлечении сына: мольберт у окна, детские картины, награды, в уголке – баночки с красками, тюбики, кисти, мастихины.
Мама юного художника Наталия Шачко демонстрирует работы сына
– Наталья, когда поняли, что у вашего сына – большой талант к рисованию?
– Еще в садике воспитатели нам говорили: Павлик рисует как-то по-другому, чем все дети. Действительно, мы и сами видели, что его рисунки имели определенный смысл, несли дополнительную смысловую нагрузку. Как бы приглашали, того, кто рассматривает работу, мысленно разговаривать с автором, уловить его мнение, вместе с ним пройти определенную историю, изложенную с помощью красок.
Павел «схватывал» тему, как говорится, «на лету». Оригинально развивал ее на листе бумаги или потом – на картоне и холсте. То есть, это было не просто статическое изображение чего-то или кого-то, а воспроизведение определенного мнения, идеи, если хотите… Сын дома все время рисовал. А когда пошел в первый класс, мы подумали, что раз это ему нравится, пусть развиваются такие задатки.
– И как вы развивали эти задатки: давали сыну задания, предлагали раскрасить контуры готовых рисунков?
– Нет. Павлик никогда не любил раскраски, где уже были очерчены определенные формы, и оставалось только их раскрасить. Он сам придумывал рисунки, фантазировал. Мы никогда его не заставляли рисовать, никогда. Он всегда рвался к этому сам. Даже меня увлек, и я тоже начала рисовать, хотя, по специальности – экономист, когда-то даже хотела поступать на отделение дизайна. Но теперь и дизайном, и основами архитектуры овладела заочно.
ВМЕСТО «НУЛЕВКИ» – СРАЗУ В ТРЕТИЙ КЛАСС
Сначала, рассказывает Наталья, они, вместе с мужем Петром хотели отдать сына в художественную школу в Тернополе.
– Пошли туда, но нам сказали, что он еще маленький. Поэтому отправили его в школу народных ремесел. Туда сын ходил два года. И когда еще ему не было полных 9 лет, мы все-таки занесли документы в художественную школу. Директор тогда сказал, что Павлу не хватает нескольких месяцев, чтобы принять его на учебу. А потом говорит – ну, покажите эти работы. Долго смотрел на них, а потом сказал, что Павла возьмут в школу. Но не в нулевой класс, как это должно было быть, а сразу же в третий.
– И что, были там его ровесники?
– Ни одного. Сейчас он там, в своей группе – самый младший. Попал на обучение к известному в Тернополе, да и не только у нас – художнику Николаю Антоновичу Дмитруху. На занятия ребенок просто летел, ждал того дня, когда будет рисовать там, в школе. Еще ни разу не сказал, что ему было скучно, трудно, или чего-то он не понимал, и никто ему не помог. Мы радовались, что у Павла все получается, всячески его поддерживали. А его работы начали брать на школьные, городские выставки. Помогли ему даже устроить свою первую персональную выставку.
– Все-таки, как же случилось, что Павел, так сказать, вышел на всеукраинскую творческую «орбиту»?
– Однажды Николай Антонович Дмитрух отправвил на детский конкурс работу Павла. Мы об этом даже не знали. А конкурс назывался «Я – казацкого рода».
О КАЗАКАХ, ЛОШАДЯХ И НЕБЫЛИЦАХ
– Детский национальный конкурс «Я – казацкого рода» имел тему «Рисунок на казацкую тематику», – рассказывает Наталья.
Позже узнала, что такой конкурс был основан в 2009 году. Первый сезон – это был сезон легенд и преданий, второй – стихотворных произведений, а третий – художественный.
И вот в этом, третьем сезоне, дети в возрасте от 7 до 15 лет должны были соревноваться в искусстве изображения казацких образов, архитектурных памятников казачества. Поэтому говорю, Николай Антонович, даже ничего нам сказал, а сам отправил на этот конкурс работу Павла.
– И что же это была за работа?
– Сын гуашью нарисовал колоритного запорожца с оселедцем и занял первое место в самой младшей возрастной категории. В награду получил путевку в детский лагерь «Казацкая Крепость» для мальчиков на Черкасчине. Павел еще был отмечен особой наградой от Ивана Малковича. Издатель подарил ему целую сумку книг. Позже Павел занял второе место в художественном фестивале «Free Art Festival» в Тернополе. Кроме того, одну из его работ было отмечено в конкурсе «В гостях у гетмана», который проводила ТРК «Радио-Эра».
– Как все это повлияло на дальнейшее художественное увлечение Павла?
– Знаете, каждая такая победа была своеобразным стимулом для его обучения. Тогда я уже начала искать информацию о различных детских конкурсах. И что мы не отправим, каждый раз – победа или же – призовые места.
– Назовите, Наталья, хотя бы, несколько таких победных для Павла конкурсов.
– О, их так много было, вы посмотрите, сколько грамот, дипломов, благодарностей – где-то до тридцати! Ну вот, помню, в Полтаве был конкурс детского рисунка. Специально для него Павел не делал рисунок. Имел уже готовый этюд на тему о лете, как это требовалось по условиям, и послал туда. И вот, из двух с половиной тысяч рисунков его работа получила призовое, третье место.
– Вот, мне учитель Павла рассказывал, что настоящий фурор сделал рисунок его воспитанника во Львове, на одном из таких конкурсов.
– Да, это был очень серьезный конкурс. Нужно было подать три работы. И когда эти художественные произведения проходили оценку жюри, тогда и ребенка приглашали к участию в творческом фестивале. А потом Павла пригласили туда, участников собрали, объявили определенную тему и все должны были ее самостоятельно воспроизвести.
– Там участвовали только дети?
– Нет, это был открытый конкурс, в котором могли принимать участие лица до 35 лет. И вот, представьте себе ситуацию. Сидят за мольбертами преимущественно взрослые люди и среди них – ребенок, что-то себе тоже рисует. Это – Павел. Никто не мог ни подойти, ни подсказать, тем более, что-то помочь. Это был некий творческий экзамен-пропуск для участия в конкурсе.
– Что же нарисовал Павел?
– Он нарисовал писанку, что она треснувшая, а из нее – вырастает дерево, украшенное цветами тоже писанками. Помню, после завершения рисования художники, члены жюри приняли эту работу. Обступили, обсуждали, а потом сопоставляли домашние его работы – поняли, что это один и тот же почерк, стиль, если можно так сказать. Скажу, что было еще трое 16-летних школьников, которые учились в лицее при Львовской академии искусств. Так им дали просто диплом участников, один на эту группу. Павел в 10 лет тогда получил, посмотрите какой, красивый, именной диплом.
– Действительно, оригинальная награда, которая отличается от других, наверное, подчеркивая статус такого творческого соревнования.
– А еще Павел стал финалистом конкурса «Небылицы» во Львове. Его работу взяли на выставку в Киев. Затем эта выставка ездила в Варшаву, Брюссель. Также победил в конкурсе «Счастливые дети украинские на коне».
– Вижу, даже календарь с работой Павла с этого конкурса.
– Да. Организаторы выпустили такой красивый цветной календарь с рисунками. Между прочим, посмотрите. Здесь есть еще и работа нашей дочери – Насти, она тоже приняла участие в этом конкурсе и была отмечена жюри. Получила первое место в номинации «Лучшая внеконкурсная работа».
КОГДА СЕРДЦЕ ВИДИТ И ДУША ЧУВСТВУЕТ
Слушая вместе со мной Наталью Шачко, Николай Дмитрух, учитель Павла добавляет, что творческий уровень его воспитанника соответствует навыкам значительно старших по возрасту юных художников, и даже вполне сложившихся молодых художников.
– Колоритные, динамические композиции просто поражают своим совершенством и неповторимостью. За мою более чем 20-летнюю работу в художественной школе я впервые работаю с таким талантливым ребенком.
С ним очень легко. Он понимает с полуслова. И каждый раз удивляет новой работой, они аж струятся, светятся, вы же посмотрите, говорит Николай.
А вот и Павел. Заходит в дом, здороваемся. Не по годам серьезный взгляд, в спортивном костюме, в руках – бинокль.
– Это что, чтобы лучше разглядеть сюжеты будущих картин? – спрашиваю.
– Да нет, просто смотрел в окно в бинокль… Тернополь тогда становится таким близким. Словно рукой подать. Но я люблю сразу переворачивать бинокль и так снова – ближе-дальше. А что между этим? Что-то такое, что объединяет то, что далеко и то, что близко. Вот бы это нарисовать…
– А ты как вообще пишешь картины, что-то карандашом намечаешь, какой-то сюжет набрасываешь или сразу на холсте работаешь?
– Как когда. Иногда несколько основных линий приведу, иногда, будто вижу готовую картину и тогда только мастихином кладу краски. Люблю густые мазки, такие, что будто бы «выходят» из картины – они такие, как живые. Я не люблю долго рисовать, выписывать каждую деталь. Пишу в основном акрилом, быстро сохнет, можно слой за слоем наносить.
– На твоих работах – города, дома, а еще – море, корабли, парусники…
– Это мне больше всего нравится. Город – тоже как море, где много людей, а те дома – это будто островки, среди которых – пешеходы, люди, как рыбы в океане, где корабли. Одни стоят в порту, старые уже. Другие двигаются, плывут себе.
Я это все рисую, что вижу, чувствую изнутри, что именно так надо, а не иначе. Николай Антонович очень помогает, какую краску подобрать, как правильнее нанести мазок, чтобы это выглядело лучше. Но никогда не вмешивается, не говорит, что я плохо написал, что надо переделать. Я сам вижу, когда что-то не так, и тогда кое-что уже меняю.
– Вместе со своим учителем и родителями ты недавно ездил на финал Всеукраинского конкурса «Чудо-ребенок».
– Да, мама, папа, сестренка, бабушка, Николай Антонович очень переживали за меня. Там так красиво было, торжественно, известные артисты выступали, дети показывали, что они умеют. Картину туда свою большую возил, им понравилось…
…Через мгновение Павел берет в руки мастихин, смело зачерпывает им вязкую краску из немалого ведерка, и, как маленьким мастерком, делает молниеносные движения, и на поверхности картины остаются цветные следы. А затем откладывает в сторону мастихин, касается свежей краски пальцем – движение, еще одно – и на полотне рождается красочное чудо.
Тихонько выходим в соседнюю комнату, чтобы не мешать этому зарождению будущей Павловой картины.
– Мы уже даже сами удивляемся, не устает ли сын, не тяжеловато ли ему все это, – тихо говорит Петр, отец Павлика.- Он у нас еще и заядлый футболист, мяч для него – тоже большое увлечение, изучает немецкий, английский. Как-то успевает. Пусть развивается гармонично. Ибо так интереснее жить. Каждый человек что-то должен создавать, оставить после себя в этом мире. Поэтому и помогаем и Павлу, и Насте, пусть дети развивают свои задатки. Вот посмотрите, каких лошадок, бабочек Настенька налепила, как живые!
…Я покидал этот добрый дом и думал, как важно, когда родители дают детям шанс и возможность увидеть окружающий мир таким, каким может видеть сам ребенок. И чувствовать душой чудо своего мира. Чтобы каждый день детская душа дорастала до разгадок и открытий. Чтобы вырисовывались картины живой действительности, созвучные детской фантазии. А потом – освоить большую жизненную науку – видеть сердцем.
Да, песню можно петь голосом или картину просто рисовать кистью. Оно действительно, поют и «безголосые», как-то обходятся без того, как и «рисуют картины» – тщательно выписанные, аж тошно становится от них, без Божьей искры. Но самое заметное – пение сердцем, как и оставленная на полотне частичка души художника. Без этого настоящему таланту не обойтись.
В Гаях Шевченковских, в доме Шачко я оставил когда-то подаренный мне оригинальный альбом народного художника Украины, лауреата Национальной премии Украины имени Тараса Шевченко, украинского художника-графика, книжного иллюстратора Сергея Якутовича. В нем, кроме работ маэстро, заключено и работы и эскизы его отца – выдающегося художника Украины Георгия Якутовича.
Там, среди страниц, наполненных эскизами к «Теням забытых предков», гуцульскими мотивами, украинскими пейзажами и портретами, есть специально оставленные белые листы. Где-то с десяток чистых листов. Чтобы тот, кто возьмет в руки этот альбом, оставил в нем свой след – карандаша, кисти, мастихина или просто окрашенного краской пальца.
УКРИНФОРМ
