Будучи студенткой одного из николаевских университетов, я услышала от преподавателя простую и неновую мысль, к которой периодически, в силу политической ситуации в стране и общения с разными людьми, приходится возвращаться. Суть такова: почти все бедные ненавидят богатых и при этом мечтают стать ими.
Тогда моя безудержная фантазия сразу же нарисовала образ некого Василия Степаныча. Дядь Вася – сварщик 4-го разряда на обычном украинском заводе, который загибается на протяжении последних 10-ти лет, изредка «перебиваясь» жиденькими заказами из-за бугра. Зарплата у Степаныча – средняя по Украине, если бы еще и не задерживали… Однако прожить при сегодняшних рыночных ценах и тарифах в нашей стране на зарплату дядь Васи-сварщика и его жены-учительницы младших классов – ой как не просто. А если учесть, что сыну скоро жениться, а дочь поступила в университет, Василию Степанычу уж точно не позавидуешь.
Ежевечерне, сидя перед голубым экраном, дядь Вася кого-то проклинает. Сегодня он ругает Порошенко и Сеню, вчера ругал Пшонку и Януковича, позавчера… Да уже и не вспомнишь. Суть в том, что дядь Вася всегда отыщет объект ненависти. Будь-то президент или «зажравшаяся» дамочка с двумя тележками в очереди на кассе.
А еще, раз в неделю, пропустив рюмочку, Степаныч идет и покупает лотерейный билетик. Занятие почти безнадежное, но авось, когда-нибудь, справедливость восторжествует.
Психология бедности неразрывно связана с психологией ненависти, вопросами социального неравенства и экономического развития страны в целом.
Бедность порождает иждивенчество. А иждивенчество укореняет нищету в обществе. Своеобразный Уроборос психологии бедности. Иждивенцы, по своей сути, у нас половина населения. Здесь речь не идет о людях, реально живущих на пособия (реальное иждивенчество – последствие плохо регулируемой распределительной справедливости). А о людях, которые считают, что кто-то им должен: будь-то Бог или правительство. Да и вообще, каждый хотя бы раз в жизни подумывал о том, как хорошо ничего не делать и получать за это деньги. Самое смешное, что иждивенческое у нас даже правительство, которое малоуспешно пытается заткнуть очередным кредитом МВФ разнообразные дыры в своем кармане и обшивке «Титаника»-украинской экономики, надеясь – а вдруг всплывет.
Конечно, иждивенческая психология свойственна далеко не всем бедным слоям населения. Здесь речь идет скорее о тех дядь Васях, которые по вечерам на кухне с друзьями, пропуская рюмашку, говорят:
«А вот в Швейцарии фонтан засыпали монетами и каждый может брать сколько захочет!» и получает в ответ: «А в Саудовской Аравии бензин дешевле воды!». А после они чокаются, вздыхая: «Живут же люди, вот там государство для народа, а наши все гребут и гребут в свои карманы».
Помимо мысленных иждивенцев в нашей стране немало людей, ставших заложниками экономической ситуации. 70-летняя Антонина Ивановна, честно пропахавшая 30 лет, уже ничем себе не поможет. А 20-летний Кирюша из Верхних Мармышек просто не может уехать учиться в большой город, потому что мама болеет, а помочь больше некому.
«Бедное» мышление нашей стране привили капитаны, хвала богам, пока еще непотопляемой неньки. Едва избавившись от партбилетов политические дельцы, принялись во всю «прихватизировать» наследие государства-которое-нельзя-называть. С каждым годом разрыв между бедными и богатыми увеличивается. Средний класс в Украине вымер, так и толком и не зародившись. К концу 2013 года коэффициент Джини в нашей стране был равен 0,9. Цифра не просто пугает, а лишает последних надежд на далекое и светлое.
Прим.: коэффициент Джини – число между 0 и 1, где нулю соответствует полное равенство (когда каждый имеет одинаковый доход), а единице – абсолютное неравенство (когда один человек имеет все доходы, а все остальные — нулевой доход).
Такой социальный разрыв, по мнению мировых экономических экспертов, приводит к полному торможению экономического роста, так как бедные слои населения ставят перед собой задачу выживания, а не саморазвития и образования (ввиду имеется не академическое образование).
Кто-то может смеяться над Василием Степанычем, кто-то смотреть свысока: мол, бедные богатых ненавидят, как глупые – умных, а двоечники – отличников. Только не каждый подумает о том, что будет со страной, в которой несчастные дяди Васи сжимают потемневшими пальцами лотерейные билетики, проклиная правительство, а бабушки покупают куриные косточки на суп, которые они разделят на три, а то и четыре раза.
В нищем обществе, с иждивенческой психологией бедности, годами аккумулируется ненависть. Ненависть к тем, кто лучше живет, лучше ест, ездит на работу на дорогом автомобиле, а не в тесной маршрутке, к тем, кто дает образование своим детям не в той стране, в которой они родились. А ненависть, общеизвестно, всегда ищет выход и мирными демонстрациями не ограничивается.
Юлия Ткач
